Мысли и Чтение, помогающие понуждать себя на молитву и храм ⇐ Вера и духовная жизнь

[матушкаФеврония]

Отправлено спустя 3 минуты 22 секунды:

[Юлiя]

Праведный Алексий Мечёв
"Исповедь внутреннего человека, ведущая ко смирению"

Внимательно обращая взор мой на самого себя и наблюдая ход внутреннего моего состояния, я опытно уверился, что я не люблю Бога, не имею любви к ближним, не верю ничему религиозному и преисполнен гордости и сластолюбия...
   1) Я не люблю Бога. Ибо, если бы я любил Его, то непрестанно размышлял бы о Нем с сердечным удовольствием... Напротив, я гораздо чаще и гораздо охотнее размышляю о житейском, а помышление о Боге составляет для меня труд и сухость. Если бы я любил Его, то собеседование с Ним через молитву питало бы меня, наслаждало и влекло к непрерывному общению с Ним; но напротив.., при занятии молитвою я чувствую труд.., расслабляюсь леностью и готов с охотою заняться чем-нибудь маловажным, только бы сократить или перестать молиться. В пустых занятиях время мое летит безприметно, а при занятии Богом, при поставлении себя в Его присутствие, каждый час мне кажется годом. Кто кого любит, тот в продолжение дня безпрестанно о нем мыслит, воображает его, заботится о нем и при всех занятиях любимый друг его не выходит из его мыслей. А я в продолжение дня едва ли отделяю и один час, чтобы глубоко погрузиться в размышление о Боге... В беседах о предметах суетных, о предметах низких для духа я бодр, я чувствую удовольствие, а при рассуждении о Боге я сух, скучлив и ленив.
   Поучение в законе Господнем не производит на меня впечатления, не питает души моей, и я это почитаю не существенным занятием христианина, но как бы побочным предметом, которым я должен заниматься разве только в свободное время, на досуге...
   2) Я не имею любви к ближним. Ибо не только не могу решиться для блага ближнего положить душу мою (по Евангелию), но даже и не пожертвую моей частью, моим благом и спокойствием для блага ближнего. Если бы я его любил по Евангельской заповеди, как самого себя, то несчастье его поражало бы и меня, благополучие его приводило бы и меня в радость. Но, напротив, я с любопытством выслушиваю повести о несчастии ближнего, не сокрушаюсь о нем, а бываю равнодушным, или, что еще хуже, – нахожу как бы удовольствие в его несчастье и плохие поступки брата моего не покрываю любовью, но с осуждением их разглашаю. Благосостояние, честь и счастье его не восхищают меня, как собственные, но возбуждают во мне как бы зависть или презрение.
   3) Я не верю ничему религиозному – ни безсмертию, ни Евангелию. Если бы я был твердо убежден и несомненно верил, что за гробом есть жизнь вечная, с возмездием за дела земные, то я всегда бы думал об этом; самая мысль о безсмертии ужасала бы меня, и я провождал бы эту жизнь как пришелец, готовящийся вступить в свое отечество. Напротив, я и не думаю о вечности, и конец настоящей жизни почитаю как бы пределом моего существования.
   Если бы Святое Евангелие, как слово Божие, было с верою принято в мое сердце, то я всегда занимался бы изучением его, и смотрел бы на него с глубоким благоговением. Премудрость, благость и любовь, в нем сокрытые, приводили бы меня в восхищение, я питался бы им как ежедневною пищею и сердечно влекся бы к исполнению его правил. Но если я изредка и читаю или слушаю слово Божие, то чувствую сухость, незанимательность и охотно готов заменить его чтением светским.
   4) Я исполнен гордости и чувственного себялюбия. Видя в себе доброе, желая поставить его на вид, или превозношусь им перед другими, или внутренне любуюсь собою. Хотя и показываю наружное смирение, но приписываю все своим силам и почитаю себя выше других или, по крайней мере, не худшим. Если замечу в себе порок, стараюсь извинить его, покрыть личиной необходимости. Сержусь на неуважающих меня, почитаю их не умеющими ценить людей. Дарованиями тщеславлюсь. Если и стремлюсь к чему-либо доброму, то имею целью или похвалу или светское утешение.
   Словом, я непрестанно творю из себя собственного кумира, которому я совершаю непрерывное служение, или во всем услаждений чувственных и пищи для сластолюбивых моих страстей и похотей.

[Анатольевна]

Понравилось, нашла ответ на свою проблему. Может кому пригодится. Посмотрите, если есть время!

[Фиола]

Анатольевна, спасибо. Люблю слушать арх. Савву, он много дельного говорит и пишет. много чего черпаю для себя.

[Евпраксия]

Анатольевна, хорошая встреча, о.Савва очень теплый человек. Мне повезло - я на ней побывала.

[Фиола]

Евпраксия, оооо, поделитесь впечатлением, как все прошло. Если несложно, конечно.

[Евпраксия]

Фиола, хорошо все прошло. Начали с молитвы: о.Савва пропел тропарь Воскресению Христову, и все присутствующие с ним (этого в видео нет). Голос у о.Саввы очень хороший. А потом, собственно, и беседа была.
Я пришла за 10 мин.до начала, народу было немного, я даже растроилась. Но в итоге весь зал был полон.
Очень понравилась манера говорить у о.Саввы, опять же, по видео это можно услышать.
И к вопросу о счастье сознавать, что жив, он отметил, что многие москвичи Москву ругают, а между тем, в Москве огромное количество возможностей для культурного развития: музеи, театры и т.п. Например, о.Савва на следующий день собирался на экскурсию по народовольцам, по материалу, о котором он читает книгу.
Еще мне пришелся по душе совет из преп.Иоанна Лествичника, что если одолевает уныние - поешьте и поспите.
К сожалению, не было в продаже книг о.Саввы (встреча проходила в культ.центре, в котором также книжный магазин). К счастью для себя, я взяла книгу с собой.
На встрече были и стар, и млад: например, я сидела рядом с тремя очень, ну очень пожилыми женщинами, глубоко симпатизирующие о.Савве.

Отправлено спустя 3 минуты 54 секунды:
Я там видна почти в самом начале, на 32 сек. - тетя крайняя справа в очках и полосатом шарфе

[Анатольевна]

тетя крайняя справа в очках и полосатом шарфе

молодая симпатичная брюнетка с короткой стрижкой?

[Евпраксия]

Анатольевна, да, только не очень молодая, удачно получилась:)

[Добрянка]

Евпраксия, приятно познакомиться, Анна!