Вот уж действительно трудный вопрос.
С одной стороны - вроде как ничего уж страшного не случилось - ну не допустили до причастия, ну, бывает.
С другой стороны - случай особый, человек с трудом выдержал испытание и не смог простить того, что ему пришлось потерпеть.
Я думаю, тут надо поработать в другой плоскости: объяснить человеку разницу между Церковью Небесной, куда мы все стремимся и не всегда попадаем, и церковью земной, в которой есть люди (и священство в их числе) со своими грехами, проблемами и характерами, которые не нам исправлять. А мы иногда неправильно думаем, что приходим в церковь к людям и священникам со своими мерками, со своими требованиями, как в парикмахерскую - плохо обслужат, неровно постригут, неласково посмотрят - да ну её, эту парикмахерскую, не понравилось - пойду в другую.
А здесь самому надо приспосабливаться и настраиваться на то, что пришел не к священнику и не к свешнице, а к Богу. А за Бога и потерпеть можно. и унижения, и грубость.
Вот у нас был такой пример с внучкой.
Привозят её ко мне по выходным, года четыре ей было. Зима стояла холодная и девочка была в теплых брючках и курточке - ну зимний такой костюмчик. И пошли мы с ней в храм. в чем были. Так подошел к нам мужчина и давай нас отчитывать: вот ты, старая, пришла сама в юбке, а ребенка в штанах привела, у тебя совесть есть7 И так далее. И ведь никто не вступился из окружающих. Алиска так сильно заплакала. испугалась. Я её еле успокоила. и вот что интересно. Этот мужик ещё и несколько раз потом подходил, мы от него буквально прятались с Алиской.
И ещё случай был интересный.
Было Алиске пять лет.
Заходим в храм и она мне спорога: "Баба, я хочу исповедаться."
Ну ладно, дело-то по желанию. Подхожу к священнику. Вот , говорю, ребенок хочет исповедоваться. А священник мне, сколько ей лет, Я говорю - пять. Он даже прям голос повысил, типа, чего вы её сюда приволокли, ей ещё рано, что, мол, сами-то не знаете. Алиска ко мне со страху прижалась, вцепилась в меня и реветь. Я священнику говорю, что это - желание ребенка.
Хорошо, что рядом другой был батюшка, так я к нему, Алиску еле успокоила. Батюшка так ласково о чем-то сней говорил, по головке гладил, успокоил. Алиска повеселела. Но более до 7 лет не просилась на исповедь.
И что? Думаете она обиделась на священника или того дядьку? Ничего подобного.
Она всё равно мне говорит, что ради православия готова на всё. Хотя дома все неверующие (ну кроме меня
простите, если коряво и ошибки: очень спешу
