Верба, я восприняла рассказ именно как человеческую драму.
То, как ты понимаешь смысл рассказа, действительно интересно. Спасибо.
Вот, если интересно, литературоведческий материал, который помогает лучше понять замысел Чехова. Там много написано, поэтому приведу отдельные цитаты.
Ссылка на полный текст:
http://az.lib.ru/c/chehow_a_p/text_0100.shtml#113
"Впервые напечатано в 1902 году в «Журнале для всех».
В письме Ольге Книппер в марте 1901 года Чехов сообщает, что пишет рассказ «Архиерей», добавляя: «на сюжет, который сидит у меня в голове уже лет пятнадцать».
Литератор Сергей Николаевич Щукин вспоминал, что идеей для рассказа «Архиерей» могла стать случайно увиденная Антоном Павловичем фотография таврического епископа Михаила. «Карточка произвела на него впечатление, - писал Щукин. - Преосвященный Михаил был еще не старый, но жестоко страдавший от чахотки человек. На карточке он был снят вместе со старушкой матерью. Лицо его очень умное, одухотворенное, изможденное и с печальным, страдальческим выражением. Он приник головой к старушке, ее лицо было тоже чрезвычайно своей тяжкой скорбью. Впечатление от карточки было сильное, глядя на них - мать и сына, - чувствуешь, как тяжело бывает человеческое горе, и хочется плакать..."
"Далее Щукин продолжает: "Мысль об архиерее, очевидно, стала занимать А<нтона> П<авлови>ча.
-- Вот, -- сказал он как-то, -- прекрасная тема для рассказа. Архиерей служит утреню в великий четверг. Он болен. Церковь полна народом. Певчие поют. Архиерей читает евангелие страстей. Он проникается тем, что читает, душу охватывает жалость ко Христу, к людям, к самому себе. Он чувствует вдруг, что ему тяжело, что он может скоро умереть, что может умереть сейчас. И это его чувство -- звуками ли голоса, общей ли напряженностью чувства, другими ли, невидными и непонятными путями -- передается тем, кто с ним служит, потом молящимся, одному, другому, всем. Чувствуя приближение смерти, плачет архиерей, плачет и вся церковь.
И вся церковь вместе с ним проникается ощущением смерти, неотвратимой, уже идущей" (стр. 466).
" Ни одно прозаическое произведение не создавалось Чеховым так долго, с таким количеством перерывов. Рассказ рождался в упорной борьбе с прогрессировавшей тяжелейшей болезнью, с неблагоприятными условиями для работы, в решении всё усложнявшихся творческих задач. "
"одиночество, обилие мелочей, отрывавших от дела, множество посетителей и в то же время "хоть бы один человек, с которым можно было бы поговорить, отвести душу!" -- такие мотивы наполняют ялтинские письма Чехова 1899--1902 гг. Порой можно говорить о прямом перенесении в рассказ реалий жизни Чехова этого времени. "Был болен и одинок", -- писал он О. Л. Книппер 23 февраля 1901 г.; "Чувствую себя как в ссылке" (П. И. Вейнбергу, 28 апреля 1901 г.); "Без тебя мне так скучно, точно меня заточили в монастырь" (О. Л. Книппер, 31 августа 1901 г.); "Я сначала полагал, что у меня, пожалуй, брюшной тиф, теперь же вижу, что это не то" (ей же, 6 сентября 1901 г.). В одном из писем к ней же мелькает деталь, почти буквально повторяющаяся в рассказе: "...когда приходится накладывать этот громадный компресс <...> я кажусь себе одиноким и беспомощным" (18 декабря 1901 г.). Обилие посетителей вызывает у больного архиерея раздражение -- чувство, о котором постоянно пишет Чехов в эти годы в письмах к О. Л. Книппер -- 24 августа 1901 г., 6 сентября 1901 г. Чувство провинциальной тоски, стремление бежать от нее объединяет "Архиерея" с другими произведениями этого же периода -- "Дама с собачкой" и "Три сестры"; в "Архиерее" есть дополнительные краски, рисующие тоскливую провинциальную жизнь: пустые бессмысленные разговоры, неизменное питье чая. Вот созвучные этому строки писем: "...гости просидели уже больше часа, попросили чаю. Пошли ставить самовар" (О. Л. Книппер, 30 октября 1899 г.); и снова о гостях: "Пришли, посидели в кабинете, а теперь пошли чай пить" (ей же, 17 августа 1900 г.); М. П. Чеховой он писал о матери: "Сегодня утром вхожу в столовую, а мать уже сидит и пьет кофе. "Ведь вам, говорю, запретили вставать!" А она: "Надо же мне кофию напиться!"" (21 января 1900 г.). В письмах этих лет Чехов признается, что его "томят воспоминания" (К.Д. Бальмонту, 1 января 1902 г.); архиерею, задыхающемуся в русской провинции, "захотелось вдруг за границу, нестерпимо захотелось" -- "Всё думаю, не уехать ли мне за границу?" -- писал Чехов О. Л. Книппер 19 ноября 1901 г.
Особенно важным выглядит созвучие последнего видения архиерея с размышлениями самого Чехова в эти годы. Книппер писала ему: "Я вспоминаю твои слова, помнишь, ты говорил, что хотел бы с котомочкой ходить по белу свету?" ..."
"Необоснованно считать, что писатель мог первоначально ставить какие-либо "разоблачительные" по отношению к религии задачи, а затем отказался от этого по цензурным соображениям. Наиболее вероятно предположить, что цензуры Чехов опасался, так как допускал, что та могла придраться к любому упоминанию о Боге; писателю же было важно, чтобы в рассказе не было изменено ни одного слова."
Вообще, читать пояснения к чеховским рассказам очень интересно.
Я здесь позлоупотребляла цитатами, прошу прощения.
Просто Чехов для меня- любимейший писатель.
Мобильная версия
И это при том, что пост в субботу запрещен по Типикону, а в пятницу сухоядение только Великим Постом. 
