Мобильная версия
Выгоревшие бумажные иконы по определению не будут "годами храниться в сараях и на колокольнях".Отец Поликарп:Я под словом неликвид имел ввиду выгоревшие бумажные иконы
Журавушка, вам виднее.Журавушка:оно кричит в каждой фразе.
А мне больно за отношение к людям. Мне больно за отношение к святыне (да-да, и за отношение к старинным иконам, как к неликвиду тоже! Мне больно за то, что эти остатки и отголоски старины никому не нужны и расходятся по торгашам, которые ими не гнушаются, к слову. И делают на них хорошие деньги. И на это стало нормальным смотреть сквозь пальцы.) Я специально подчеркнула эти слова, это же безумие. Мне больно за издевательский тон пастыря, который высмеивает людей, по неведению накупивших в лавке несчастных дешевых "святынечек", полагая, что этим они вносят свою лепту в содержание храма. Какое лицемерие - привозить в этот ширпотреб в иконную лавку и навязывать его людям, а потом их же клеймить и осмеивать за то, что они купили и не знают, что с этим делать дальше. А убрать такой "товар" из лавки - слабо? Освященный мел, ладанки, кусочки, тряпочки, тапочки, платочки.... Да, слабо. Потому что это приносит доход. И гораздо проще продолжать распространять весь этот, как совершенно верно было сказано, неликвид людям, и на них же потом отыгрываться, и сливать горечь и разочарования. И чувствовать себя духовными, сведущими и возвеличенными над серой толпой. И вещать о правде. И спорить о темноте народной. И сетовать, как измельчал народ.
Просто подумалось, что один вернул, а сколько их просто бросят дома где-нибудь. Вот и считаю, что святыня должна стоить дорого (писаная икона например), чтобы человек, купивший ее и относился соответственно. У старообрядцев, например, существует запрет делать иконы на легкопортящихся материалах. Вот и нам это не помешало бы.
